Андрій Шентерович та Валерій Дудко: Политическое ток-шоу Pro&Contra

При использовании материалов гиперссылка на сайт Агентства "МедиаПорт" обязательна

Андрій Шентерович та Валерій Дудко

Андрій Барташев, ведучій: Доброго вечора, шановні друзі, це телепроект “Pro&Contra”. Я радий вас вітати. І сьогодні ми будемо говорити в нашому політичному шоу саме про політику. Про політику, яка складається у нас в Україні, і політику, яка саме власне складає у відношенні з іншими державами. І сьогодні мені дуже приємно привітати в цій студії мого колегу, журналіста, але журналіста, який мешкає тимчасово, сподіваюсь, в Україні, або не тимчасово. Це Андрій Шентерович, доброго вечора.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Добрый вечер.

Андрій Барташев, ведучій: З ним, я сподіваюсь, в нас вийде цікава розмова, тим більше, що буває дуже корисно подивитись на проблеми нашої держави очима людини, яка, так би мовити, не є українцем, ну так би мовити на 100%. І аби наша розмова була професійною і додати, так би мовити, цього професіоналізму, ми запросили до нашої студії постійного політичного експерта Валерія Дудка, який є професійним політологом. Доброго вечора.

Валерій Дудко, політолог: Добрый вечер.

Андрій Барташев, ведучій: Отже почнемо. Андрію, звертаюсь до тебе на “ти”, бо ми давно і добре знайомі, так. Таке питання, власне не питання, скоріше, а тема для розмови. Коаліція парламентська вона розвалилась сама, чи її розвалили, чи її створювали ізначально для того, аби в слушний час розвалити?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія:Я прошу прощения, что буду говорить по-русски, потому что, к сожалению, еще не очень сильно владею языком. По поводу коалиции можно сказать так: там, где двое не могут договориться, третий все-таки влазит и начинает мешать им жить. Я все-таки вижу в Украине две серьезные силы, которые занимаются строительством этой страны, которые продвигают эту страну и занимаются страной. И вижу третью силу, которая серьезная сила, которая, в общем-то, мешает жить этой стране. Ну, в результате получается, что эти двое не могут договориться, а третий им мешает.

Андрій Барташев, ведучій: Мені здається, що, може, дехто, коли створювалась коаліція, вже відчував і знав, що це не надовго. От таке відчуття.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Думаю, что да. Потому что изначально, если Партия регионов и партия «Наша Украина» проводили длительную политику, то от БЮТ я этого не видел и видел, что все эти стратегические союзы, они не надолго, и они достаточно бестолковы, то есть люди искали место рядом с кем-то, но не нашли.

Андрій Барташев, ведучій: Чи можна припустити те, що коаліцію створювали саме для того, аби розвалити у відповідний момент і провокувати, наприклад, Президента до тих дій, які він вже оголосив?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Думаю, что нет. Думаю, что изначально желание было все-таки подружиться и начинать делать какие-то работы. Но Украине всего 17 лет, и максимализм присутствует, в том числе, поэтому оно видно, что люди, пытаясь договориться, не смогли друг другу уступить. То есть пытаясь сделать что-то общее, не получили результат. Ну вот коалиция и рназвалилась.

Андрій Барташев, ведучій: А от на прикладі парламенту, як ти можеш оцінити, ну так би мовити, генезис українського політикуму за ці 17 років? Як він розвивався? Тому що, як на мене, звичайно стало більше там деяких ознак демократії, так. Стало більше, імовірніше, свободи слова, принаймні її зовнішніх таких от признаків. Але політики стали більше сваритися, і вони стали більш деструктивними в своїй роботі.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Я согласен с этой ситуацией, потому что начинали они с такими благими намерениями, а получилось то, что мы сейчас имеем. То есть начали откровенно скандалить между собой в Раде, на площадях. Да, это видно, к сожалению, политика Украины, на мой взгляд, она деградирует, и каждый день это видно.

Андрій Барташев, ведучій: А чому та коїться? Чому деградує політика, це провина грошей, чи депутати заробляють натомість, аби ухвалювати закони, чи це відсутність, як у нас говорять, сильної руки, яка б змогла навести лад, наприклад, як було зроблено в Білорусі.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Это во многом и в том и в другой мере это определяет то, что вы сейчас сказали. Кроме того, люди ощущают себя все больше и больше – то есть я бы сказал, что это отсутствие воспитания политиков, то есть они не хотят учиться ни договариваться, они не хотят учиться ни работать, они просто хотят скандалить. Это их амплуа. Они хотят этим заниматься бесконечно.

Андрій Барташев, ведучій: Який є вихід, які шляхи для виходу з цієї ситуації? Я маю на увазі, якщо парламент переобирається раз на два роки, так, то чи варто чекати, що за ці два роки депутати, яких переобирають вкотре, порозумнішають, в них прокинеться совість, і вони почнуть не заробляти гроші, а працювати на благо держави. Це утопія так? Як їх змусити?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Да, я думаю, что это возрастное все, пройдет. 17 лет Украине. Это пройдет. Лет через 20 все будет хорошо, будут профессиональные политики, будут заниматься делами, будут продвигать политику, а не будут заниматься своими деньгами, скандалами и поисками крокодилов – такими вот глупостями.

Андрій Барташев, ведучій: В деяких політичних системах існував такий ценз на вік, нижче якого не можна було займати відповідної політичної посади. Може це варто зробити Україні?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Думаю, что да. Человек, который никогда не командовал ротой, ему доверять полк нельзя. Должен быть определенный ценз, для работы в каких структурах. Ну, надо проходить какие-то… в общем надо учиться, каждый день надо учиться. Надо поработать в горсовете, надо поработать в облсовете, потом попадать в Раду, потому что человек про не соображает, что он делает. И тот объем информации, который идет на него и с которым он должен в принципе принимать решения, я думаю, что он просто не в состоянии это переварить и выдать правильный ответ. В общем-то это и есть то, что мы видим в ВР, люди не в состоянии даже сообразить, а что надо сделать, а как надо договариваться, а как надо вообще общаться. У них нет ценза.

Андрій Барташев, ведучій: Мені здається, що за такий коротенький час ми торкнулись таких важливих питань як професіоналізм політиків, їхня совість і їхнє вміння працювати. І от саме на це питання, мені здається, дуже влучно може відповісти наш політолог Валерій Дудко. Валерію Володимировичу, я бачив, що Ви дуже багато записували. Ви завжди записуєте, але за нами, мені здається, більше, ніж в будь-яких програмах. Може ми занадто багато говорили. Тому будь ласка Ваш коментар.

Валерій Дудко, політолог: Я постараюсь очень кратко и по существу поддержать вашу полемику в том, что… То, что представляется сегодня наиболее важным, - это политика и политикум. И хотя эти слова родственные по корню, имеют разное окончание, они определяют сложные процессы. Политикум – это политическая система с наложением векторности политики, осуществляемой в государстве. И реализуют ее люди, которые провозглашают те или иные лозунги, а в конечном счете представители тех ведущих политических партий, которые есть. Сегодня мы имеем 151 политическую партию, из которых 2 ярко выраженных, а все остальные составляют некоторый такой офф-сайт на грани трех с половиной процентов по своему проходному баллу, и ниже. Поэтому в этой ситуации, то, что сложилось сегодня, - это как раз ситуация противоборства сил достаточно прогнозируемых и сил непрогнозируемых. В отношении политиков. На сегодняшний день говорить о политической элите нам действительно рано 18-17 лет – это еще не рост, это еще возраст, это первые шаги для государства. И вот здесь, когда сталкиваются не столько политические интересы, потому что политические лишены своей идеологической составляющей, а люди, осуществляющие политику, вперед ставят бизнес-интересы, случается та конфликтная ситуация. И самое главное, что в политикуме отсутствует моральная составляющая. И мы на сегодняшний день всего лишь видим ситуативную такую составляющую, или будем говорить, макрообразование политики. Естественно, что в этой ситуации конфликтов гораздо больше, чем в естественной жизни.

Андрій Барташев, ведучій: Скажіть, будь ласка, все ж таки розвал коаліції планувався, чи він стався тому, що мав статися через певні події, які ніхто не моделював і не підкорював, так би мовити?

Валерій Дудко, політолог: Я думаю, вернусь к классикам и скажу, что все браки счастливые они одинаковы, а все браки, которые разрушились, одинаково несчастливы. Никто не думая, что коалиция, которая будет составляться на демократических началах, она на сегодняшний день проживет столь мало. Ну, а дальше разворачивался накануне президентской кампании выборный проект. И со стороны Секретариата Президента – будем говорить, организма, действия которого даже не прописаны в Конституции, он не является субъектом политической системы государства, - и прозвучала система поставить эти две силы и показать, какие они нехорошие, чтобы большинство голосов ушло вот сюда вот в «НУ-НС». Как результат – распад коалиции, в конечном счете, права показала на сегодняшний день несостоятельность подходов.

Андрій Барташев, ведучій: Так а мені здається, на сьогоднішній день, наприклад, Президентові мінус, тому що “НУ-НС”, який з ним асоціюють? Чи не так?

Валерій Дудко, політолог: Будем смотреть правде в глаза и говорить сегодня откровенно. Рейтинг Президента неминуемо падал в силу различных ситуаций. Президент как конституционный гарант или он становится над политической жизнью и выступает третейским судьей, а если он вмешивается в процесс и пытается им руководить, то это, как правило, приводит к конфликтной ситуации.

Андрій Барташев, ведучій: Валерію Володимировичу, ще одне коротеньке питання. До речі про адміністрацію Президента почали, Балога сказав сьогодні, що перевибори будуть 101%, який би відсоток Ви сказали, яку цифру?

Валерій Дудко, політолог: Ну, я считаю, что мы подошли к той граничной среде, когда в принципе все идет к тому, чтобы выборы состоялись 80%. И туда подталкивают все. Но выборы как самоочищение, а как система неизменения избирательного законодательства и перевыборов – это глупость, которую можно ожидать сегодня. Почему? Штаб, а результат практически не изменится, тогда зачем те многомиллионные траты, которые уйдут на выборы. Вот здесь, я с Балогой, главой СП совершенно не согласен, выборы нам не нужны, сила должны договориться на этот год. А потом мы выйдем по новому закону на новые выборы. С открытыми списками, с поднятыми процентами барьера прохождения для блоков и для партий, и это правильно.

Андрій Барташев, ведучій: Зрозуміло, дякую. Андрію, знаєте, колись спілкувався з журналістом з Сполученних Штатів Америки, дуже досвідченим, навіть лауреатом Пуліцеровської премії, і він сказав таку цікаву річ, що журналіст з досвідом відрізняється від журналісту без досвіду тим, що той, який має досвід, він говорить рівно стільки, скільки знає, а той, що не має, він говорить більше, ніж знає. Я його поправив, я сказав, що в Україні той, хто має досвід, вимушений говорити менше ніж знає. Він мене не відразу зрозумів. Але така цікава була дискусія. Це я к тому, що говорять вибори 80%, сказав наш експерт, так, вірогідність. Всі говорять про те, що вони нам не потрібні, що народу це не треба, що це знову дикі грошові якісь витрати, але де факто вже почались до виборів готуватися. Навіть там такі забуті мною особисто політики, як Олександр Мороз сказав, що їхня партія готова іти на вибори і таке інше, мабуть на щось сподівається. Що в журналістських колах, може, якихось пов’язаних чимось з інших держав чимось, чи є вже підготовка до виборів чи ні?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Думаю, что есть. Как бы не точки зрения даже журналистики, это можно ощущать будучи, живя в этом городе под названием Харьков. То есть какие-то телодвижения, какие-то намеки, что-то уже происходит. Немножко закипает ситуация к тому, что она вот-вот будет. Я думаю, что да. По обстановке окружающей уже становится понятно, что выборы будут.

Андрій Барташев, ведучій: Чи можна сподіватися, що ці вибори будуть як-то відрізнятися від тих, які були досить недавно.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Я здесь согласен с нашим экспертом, я не вижу, с моей точки зрения, я не вижу смыслы в этих выборах по одной единственной причине – результат будет тот же самый. По тем же самым рейтингам, по тому же отношению людей. Кстати, если говорить о людях, они все больше и больше устают от выборов. Придет то время, когда они просто перестанут на них ходить. То есть 3-4 человека…

Андрій Барташев, ведучій: Наш народ так досконало завоїв науку ходіння по граблях, то довго ще ...

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Не думаю, люди уже разочаровались, особенно я вижу все эти платные вещи, типа митингов, махания флагами и прочее, то есть рано или поздно люди поймут. Когда коснется каждого выход на демонстрацию за деньги, закончится политика в этой стране. Люди перестанут думать, они будут либо зарабатывать деньги таким вот способом, либо просто плюнут на это дело и перестанут об этом думать.

Андрій Барташев, ведучій: Як на мене до того і йде.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Оно и идет к этому, это нормальная вещь.

Андрій Барташев, ведучій: Добре, Андрію, незабаром вибори в Білорусі. Можете якісь провести паралелі?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія:…смеется.

Андрій Барташев, ведучій: Ну, я розумію, що зовсім інша система, ну, я не знаю, може про руку Росії, про яку дуже багато говорять зараз, кажуть щось.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Очень сложно параллели проводить между Украиной и Белоруссией, потому что это настолько разные страны, несмотря на то, что они рядом живут. Я имею в виду политические параллели. Выборы в Белоруссии – это не выборы, а назначения. Выборы в Белоруссии… кто о них знает вообще, вы сегодня узнали? Вчера узнали? Это выборы, о которых никто не знает. Это очень тихая кампания, это практически ничего. Ну будут 28, будем смотреть, что из этого получится. Лукашенко хочет, очень сильно хочет, чтобы запад признал его парламент. Возможно, в этот парламент все-таки попадут несколько оппозиционеров, я не это очень надеюсь. Говорить же об Украине и Белоруссии с точки зрения выборов, у нас нет газет негосударственных, у нас нет негосударственного телевидения. У нас нет ничего. Мы не можем там говорить об этом в принципе. То есть если депутат не может отпечатать себе листовки в типографии, ну, просто не берут, то о чем можно вообще говорить, о каких выборах. Нет этих денег, нет того движения, в общем-то, ничего нет, можно об этом не говорить. Я всегда говорил: Украина не знает, в каком счастье она живет. Это действительно счастье быть на свободе, говорить, двигаться, какие-то выводы делать, здесь это происходит. В Белоруссии не происходит в принципе ничего. Там тишина.

Андрій Барташев, ведучій: Україна як-то зацікавлена в тому, аби, наприклад, білоруський парламент потрапили бодай кілька людей.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Думаю, что да. Надо развивать контакты на разных уровнях. Я думаю, чтобы понимать, что происходит. Я думаю, что мы все-таки соседи, и очень бы хотелось Украине, я думаю понимать, что происходит за границей Белоруссии. Не то, что вам дают на белорусском телевидении, которое вы увидите, а то, что на самом деле происходит, какие-то кулуарные вещи. Я думаю то, что случилось в Грузии. Это не параллель. Это достаточно страшная вещь. Не контактируя с Россией Грузия просто прозевала момент, это на мой взгляд. И если бы были какие-то контакты нормального рода, я думаю, что вся вот эта ситуация была бы более гладкой, она бы прошла легче.

Андрій Барташев, ведучій: Грузія до речі причетна не тільки до, так би мовити, оцієї парламентської кризи чергової в Україні, але і як зараз здається і до того, що дуже погіршилися відносини Росії і України. І коли почалась оця криза в парламенті, мої колеги робили бліц-опрос на вулиці, опитування людей: чого більше за все боїтесь від цієї парламентської кризи, і відсотків приблизно 7% відповідали: ми боїмося погіршення відносин з Росією. Це просто я кажу для того, що це дійсно люди про це думають, і це дуже важливо.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Не думаю, что этого надо очень бояться. По моей оценке, последняя лавинообразная пропагандистская кампания антиукраинская на русских каналах говорит лишь о том, что Россия испугалась. На самом деле испугалась, что Украина самостоятельна, что она сама может принимать решения, что она в каких-то вопросах стоит намертво. Вот как с Грузией стали и будем стоять: мы признаем, что это агрессия и все. Это ее право поведения, но я думаю, что она как-то себя плохо ведет. Надо дружить, а она скандалит. Она, как базарная бабка, начинает орать: вы такие, вы сякие, мы вас тут это сделаем, это сделаем. Это неправильное поведение. Но бояться этого не надо. Я не думаю, что России хватит ума сделать что-то плохое Украине. Единственное, что Россия завидует самостоятельности, потому что она в принципе не самостоятельная. Несмотря на то, что она большая, она более коллегиальная, она такая более мягкая. Это не Украина, Украина жестче в этом плане. В Украине есть внешняя, есть внутренняя политика, есть Президент, который ее проводит, долгосрочно, серьезно, это на мой взгляд, и понятно. У России этого нет, она мечется, она пытается угодить этим, поругаться с этим, в общем ведет себя, как непонятно кто. Скажем, по моей информации, по моим каналам, абсолютно понятная история войны в Южной Осетии, не Абхазии, там другая ситуация. Это было на настолько личностных моментах, что, по-моему, просто даже говорить об этом стыдно.

Андрій Барташев, ведучій: Добре, давайте дамо зараз слово експерту. Я думаю, що на тему відносини Росії та України, а також на тему імовірності того, що, як дехто пророкує, на цих виборах, якщо вони будуть, вплив Росії буде більш відчутний, ніж на минулих, поговоримо з Валерієм Дудком за кілька секунд. Валерію Володимировичу...

Валерій Дудко, політолог: Ну, во-первых, я хотел бы остановиться и несколько не согласиться с нашим гостем и коллегой в том плане, что системы государственного управления в Белоруссии, в России, в Грузии и в Украине абсолютно различные. Авторитарный способ управления, достаточно жесткий в Белоруссии, авторитарный способ управления и фактически однопартийная система в России, несколько многопартийная вроде бы система в Грузии, но авторитарный способ управления. В Украине на сегодняшний день попытка применить авторитарный способ управления Президентом привела к той конфликтной ситуации, что Украина не согласна со своим Президентом, что демонстрируется по рейтингу. В плане векторности. Мы вступили в эпоху двуполярности. То есть взаимоотношения одного государства с другим стоятся на основе экономических интересов и ни в коем случае сюда не вмешивается авторитарное личностное мнение. Почему в конфликтной ситуации первопричиной выбраны именно взаимоотношения Украины и Грузии, нам дорог наш сосед, мы хорошо к нему относимся, но мы не можем свои национальные интересы ставить в угоду Грузии выше, чем для Украины. Если политикум воспринимает именно эту позицию, мы согласны на сотрудничество с одним государством, с другим государством, мы уважаем суверенную независимость одного, второго, третьего. Но вмешательство нас во внутреннюю политику невозможно в эти государства, и мы точно также отстаиваем свою независимость.

Андрій Барташев, ведучій: А наскільки Росія не втручається у внутрішню політику в Україні, бо ми бачимо ситуацію в Грузії з російськими паспортами і заяви деяких політиків, що люди можуть самі обрати, чи хочуть вони бути громадянами Росії, ну мені здається, підривом якоїсь цілісності державної?

Валерій Дудко, політолог: Дело в том, что разделать славянские народы просто так механически, как это было сделано в 91-м году, все равно не удастся. Наши связи, когда половина семьи находится там, а половина там, все равно сохраняется уровень взаимоотношений. Не нужно бояться этого, потому что на сегодняшний день у нас есть самый яркий пример объединения Германии и примерно тот же процесс, который происходит в Корее, который мы пытаемся стимулировать. Мировой сообщество, я имею в виду. А в плане воздействия, вы должны понять, что мы имеем мощные экономические интересы на территории Украины и российский капитал, который действует. И пока мы не создадим собственную экономику, мы будем экономически зависимы, и постоянно испытывать в той или иной степени это влияние.

Андрій Барташев, ведучій: Дякую. Зараз фінальна частина нашої програми. Андрію, дуже мало часу вже лишається у нас. Користуючись нагодою не можу собі відмовити в задоволенні поспілкуватися з тобою на тему української журналістики. Тому що про це також дуже багато говорять.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Это крайне провокационный вопрос…

Андрій Барташев, ведучій: Бачиш... Приклад не з журналістики, не з політики, а, як не дивно, з рок-музики. Колись Артемій Троїцький сказав таку річ, що є багато груп добрих – ще в Радянському Союзі - і є дві сили дуже для них руйнівні. Перша – це держава, яка може їм закрити рота. Але це не страшна сила. А найстрашніша – це гроші, які перед ними відкривають новий час і комерційні можливості. От як ти вважаєш, чи не можна провести паралель з українською журналістикою? У нас є свобода, але дуже багато і соблазнів для журналістів. Зараз журналістами себе називають хто кому не ліньки, і дуже багато партійно преси.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Как ни странно, чего они не должны в принципе делать.

Андрій Барташев, ведучій: Твій погляд як колеги з іншої держави.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Вопрос - опять-таки мы возвращаемся к 17-летию Украины. Это все вопросы возраста. Это…

Андрій Барташев, ведучій: В нас якийсь затягнувшийся...

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Ну, ничего они поймут, они понимают, рано или поздно это будет. Но, к сожалению, сейчас такое количество денег вброшено в прессу. Не такое большое, а такое разнообразное: можно взять здесь, можно пойти туда. И люди достаточно часто поступаются принципами и уходят под какое-то крыло. То есть, абсолютно на завтра меняя убеждения, переходя в другую партию, в другие убеждения, в другое что угодно. Но это уже вопросы возраста. Все это утрясется и когда-нибудь станет на свои места. Сейчас плохо, согласен, плохо.

Андрій Барташев, ведучій: Можна говорити про появу такого жанру журналістики, як партійний журналіст – безпринципний журналіст, який найнятий солдат удачі працює в різних таборах.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Ну, это крайне нереальные вещи, если ты приходишь в партию, ты четко и понятно, если ты там работаешь и пришел туда работать, ты должен четко и понятно понимать заказ. Это нормальные вещи, почему – нет. Это ремесло, но это не журналистика.

Андрій Барташев, ведучій: Скільки відсотків приблизно в Україні журналістики, яку можна назвати партійною и замовною? Ну це питання таке. Звичайно зі стелі не візьмеш, але...

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Я вам скажу, что здесь есть очень достаточно известный не украинский журналист, который достаточно серьезно раскручен. Он такой важный, на телевидении. Но, глядя на него, я абсолютно уверен, что он выполняет чьи-то заказы. То есть, и это не может быть свободой, он не свободный. Я не хочу называть фамилию, все его знают.

Андрій Барташев, ведучій: Ми вже зрозуміли.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Да, но он абсолютно несвободен, потому что прыжки по каналам – раз, другие деньги – два, и речи разные абсолютно на разных каналах.

Андрій Барташев, ведучій: Ми почали говорити про політику, професіоналізм, потім перейшли трошки на міжнародній відносини, журналістику. Я так розумію, що роблячи підсумок ми дійшли до одного певного слова “сумління” – це сумління, треба, що воно було в журналістиці, як в політиці, так і в міжнародних відносинах. Згідні зі мною?

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Не думаю, что совесть может что-то решить в этом плане.

Андрій Барташев, ведучій: Просто мені дуже подобається програму закінчувати на оптимістичних нотах. Дякую. Шановні друзі, це був телепроект “ПК”, як завжди час, як на мене, сплинув дуже швидко, сподіваюсь вам було так само цікаво, як і мені особисто спілкуватися за нашими гостями. Сподіваюсь, ми допомогли вам бодай трішечки розібратися в каламутній воді української політики. Спасибі, Андрію, що завітали.

Андрій Шентерович, журналіст, Білорусія: Спасибо.

Андрій Барташев, ведучій: Андрій Шентерович – журналіст з Білорусії. І Валерій Дудко – політолог, як завжди професійно, влучно і оптимістично коментував нашу бесіду. Я зичу вам щастя і небайдужості, на все добре, хай щастить.